Рудольф Хачатрян целиком посвятил себя графике. Если для других художников рисунок является вспомогательным средством достижения художественной выразительности, то в искусстве Хачатряна он обрёл функциональную независимость и самостоятельность. Именно скупым языком графики талант художника раскрылся наиболее полно. Классически совершенный рисунок соединяется в его творчестве с современным мышлением и образностью.
Если армянские художники чаще всего достигают эмоциональной насыщенности сложными сочетаниями цвета, то Хачатрян способен выражать тончайшие чувства и переживания, работая карандашом одного цвета. Предпочитая главным образом портрет, он создал множество выразительных образов. Человеческие лица в его произведениях отличаются особой красотой и напоминают возвышенные образы мастеров Возрождения, хотя принадлежат по большей части нашим современникам.
При этом он нисколько не «приукрашивает» свои модели. Тонкий вкус художника позволяет увидеть красоту в окружающих людях и с этой точки зрения представить их в своих произведениях. На этих лицах лежит отпечаток богатой духовной жизни и внутренней значительности. Преходящему, неустойчивому, поверхностному и неважному здесь нет места. Людям вовсе не обязательно обладать идеальными чертами: благодаря одухотворённости образа даже некрасивые лица в портретах Хачатряна кажутся прекрасными и возвышенными. Это свойство характерно для всех его портретов и не мешает художнику открывать зрителю тончайшую психологическую характеристику изображённого человека. Каждый герой сохраняет неповторимую индивидуальность.
Творчество Хачатряна постоянно питается опытом прошедших веков. Возвышенные произведения старых мастеров вдохновляли и продолжают вдохновлять его. Если большинству современных художников свойственна лихорадочная страсть к поиску нового, то Хачатряну ближе устойчивость эстетических идеалов, основанных на истории развития искусства. Она выражается и во внутреннем строе его произведений, и в их внешнем облике. Стремясь показать связь времён, он иногда облачает персонажей в старинные костюмы, словно желая подтвердить, что человеческая сущность на протяжении веков в конечном счёте остаётся той же. Старинные одежды также придают произведениям определённую декоративность.
Тонкий классический рисунок Хачатряна далёк от сентиментально-романтической расплывчатости. Чётко очерченные детали не нарушают общей соразмерности и гармонии, поскольку подчинены главной идее; даже при внимательном рассмотрении образы остаются цельными, эстетически завершёнными и органичными. Устойчивость художественных взглядов, ясный почерк и своеобразный дар позволили Хачатряну стать одним из известных армянских художников. Среди ранних произведений незабываемы прекрасный портрет Абу-Лала Маари, нежный и чистый образ «Студентки», исполненный тонкой печали портрет языковеда Мелкумяна и, наконец, портрет [имя на скане неразборчиво].
После первой выставки Хачатряна прошло три года, и вот новая выставка — на этот раз в Музее современного искусства, где художник предстаёт в совершенно новом качестве. Нет, он не изменил ни своим принципам, ни художественной вере и идеалу. Зрителя вновь поражают виртуозная исполнительская техника и созданные им образы, исполненные духовного совершенства и внутренней силы. Это снова портреты современников, главным образом людей искусства, друзей и близких: актрисы Максаковой, режиссёра Рязанова, актёра Моряна.
И здесь художник остаётся верен эстетическим принципам классического рисунка и даже в своём новаторстве обращается к прошлому, возрождая в XX веке старинную технику левкаса. Эту несправедливо забытую технику широко применяли великие художники Возрождения. Хачатрян не просто вернул её из забвения, но придал способу новое качество. В этом и состоит новаторство Рудольфа Хачатряна, принёсшее ему заслуженный успех и признание.
Новые работы отличаются от прежних прежде всего тем, что левкасный фон придаёт им большую глубину и создаёт ощущение вневременности изображения. Неподвижная поверхность левкаса отличается от нейтральной белой бумаги: бархатистой мягкостью она притягивает взгляд зрителя и направляет его в глубину картины.
В новых произведениях художник использует также сепию и сангину. Трепетные колебания светотени и виртуозное применение штриха делают их столь же полнокровными и дышащими, какими они были бы при использовании ярких выразительных красок. Особенно впечатляет выполненный сангиной «Портрет натурщицы». Кажется, будто золотой свет струится по её молодому, гладкому и тёплому телу. Красота, исполненная трепетной поэзии и одухотворённости, напоминает прекрасные мраморные статуи, созданные гениальными скульпторами античности.
Своеобразие творчества и яркое воображение художника проявляются в том, что портреты наших современников вызывают ассоциации с людьми прошедших веков. Возьмём портрет Савелия Ямщикова. Из названия ясно, что изображён наш современник, советский искусствовед. Однако он почему-то скорее напоминает суровых и нелюдимых мужиков старой России, не упускавших случая похвалиться силой и отвагой.
То же можно сказать о портрете В. М. Его самодовольное, жизнерадостное лицо и лукавая улыбка выдают человека, которому вовсе не чужды жизненные удовольствия и блага.
Эта особенность творчества Хачатряна также создаёт ощущение вневременности. Если заранее не знать, чей портрет написал художник, невозможно точно определить, к какой эпохе и какому народу принадлежит персонаж. В его произведениях отражаются особенности разных веков и народов.
В этом проявляется современность художественных поисков мастера. При всей конкретности изображения, классической ясности рисунка, реалистичности и достоверности созданных образов он не просто фиксирует действительность, но обобщает и абстрагирует её не меньше других современных художников.
В современном искусстве существуют две тенденции. Одни художники при создании образа полностью отказываются от предметного изображения действительности. Другие предметность сохраняют, но превращают внешнюю форму в символ. К последним принадлежит и Рудольф Хачатрян.
Кроме портретов, Хачатрян создал ряд композиций и натюрмортов. Среди показанных на выставке произведений особое внимание привлекает натюрморт «Цветы». Он отличается необыкновенной чистотой, совершенством и изяществом. В нём ощущается свежее дыхание ранней весны. Из сосуда, построенного по законам классической композиции, поднимаются стройные и упругие побеги, пробуждая в душе зрителя звонкие звуки радости бытия.
Творчество Хачатряна понятно и близко всем, кто ищет в искусстве совершенное и прекрасное. Оно гуманистично и внутренне цельно, поэтому доступно даже людям, незнакомым с разнообразными направлениями современного изобразительного искусства. Вот почему выставка привлекает столько посетителей.
Последняя выставка Хачатряна показала, что художник, никогда не довольствующийся достигнутым и постоянно ищущий новые пути, способен ещё преподнести такие неожиданности, которых никто, даже он сам, не может заранее предсказать. Ясно одно: следующая ступень развития его искусства откроет новый этап качества и более высокий уровень графического искусства.
Об этом говорит и представленный на выставке автопортрет. Мы видим Хачатряна перед мольбертом, работающего с карандашом в руке. Его лицо полно уверенности и веры в своё призвание; сосредоточенный взгляд словно хочет проникнуть в непостижимые глубины сущего, а рука готова оставить неповторимый след на чистом левкасе.
МАРИНА САМСОНЯН
