Рудольф Хачатрян
Рисунок
Каталог выставки 1978 год
Рудольф Хачатрян стал известен сразу. Он быстро нашел свой путь в искусстве, потому что внутренне – душевно и духовно – был подготовлен к этому намного раньше. Свои произведения он показывает на выставках очень редко, но большинству московских художников, художникам из других республик известны его портреты – рисунки карандашом, углем, сепией и сангиной. Простые, ясные, в полном смысле этого слова классические, они не могут никого оставить равнодушным.
Мы много говорим о человеке в нашем современном искусстве, но редко кто поднимается до такой любви, до такого уважения к человеку, как Хачатрян. Как и у всякого художника, у него есть свои пристрастия. Его привлекают в качестве моделей люди мыслящие, творческие, люди артистического склада. Он может устроить вокруг модели небольшой «карнавал», окружить ее фантастическими аксессуарами, развивающими образ, создающими цельную и законченную картину человека, живущего не просто в своем мире, а в мире, в котором человек должен жить – в мире красоты и благородства.
Меня покоряет законченность композиций Хачатряна. Не только завершенность чисто пластического порядка, но и та целостность мышления художника, которая позволяет ему воплощать свои идеи с подлинным артистизмом. Его своеобразную манеру рисунка узнаешь сразу, но внутри его творчества ни одна работа не похожа на другую.
Мне кажется, что для Рудольфа Хачатряна его искусство – вся его жизнь, а жизнь – продолжение искусства.
Таир Салахов, народный художник СССР
Rudolf Khachatryan
Drawing
Exhibition Catalogue, 1978
Rudolf Khachatryan became known at once. He quickly found his path in art because inwardly—emotionally and spiritually—he had been prepared for it much earlier.
He exhibits his works very rarely, yet most Moscow artists, as well as artists from the other Soviet republics, are familiar with his portraits—drawings in pencil, charcoal, sepia, and sanguine. Simple, clear, and classical in the fullest sense of the word, they cannot leave anyone indifferent.
We speak a great deal about the human being in our contemporary art, but few rise to such love and respect for humanity as Khachatryan. Like every artist, he has his own predilections. He is drawn to thoughtful, creative people—people of an artistic temperament—as models. He may stage a small ‘carnival’ around the sitter, surrounding them with fanciful accessories that develop the image and create a complete and fully realized vision of a person living not merely in their own world, but in the world in which a human being ought to live—a world of beauty and nobility.
I am captivated by the completeness of Khachatryan’s compositions: not only by their formal resolution, but also by the wholeness of the artist’s thought, which enables him to embody his ideas with genuine artistry. His distinctive manner of drawing is immediately recognizable, yet within his oeuvre no two works resemble one another.
It seems to me that, for Rudolf Khachatryan, his art is his entire life, and life is a continuation of art.
Tahir Salahov
People’s Artist of the USSR
Հայերեն թարգմանությունն այս տեքստի համար չկա։